литературный журнал

Василий Циттель

Иллюстрация: Мария Ким

Amsterdam

в Амстердаме кривые дома и укуренные туристы
цапля летит над каналом нечистым

на катерах люди спят или смотрят в айпод
девушки на улицах как на показе мод

на сигвеях морскими коньками проносятся немцы
я сижу на скамейке вырезаю сердце

стрелу и надпись Нина плюс Вася равно
не успеваю закончить слишком темно

мужик на мосту удит свои сэлфи-фото
у туристов просто такая работа

чем больше фоток себя тем дольше живется
с помощью сэлфи можно остановить солнце

я сделал фото надписи love me
больше ничего не нужно от любви

Apeldoorn

Апельдорн просто точка на карте
в Апельдорне я думал о Сартре
просто меня немного тошнило
чуточку выпил пока были силы
потом ни сил ни вина телефон не пашет
отражаюсь в витрине нет меня краше
лыс бородат говорю с акцентом
даже подали несколько центов
наверное пора что-то менять
хорошо передвину в отеле кровать
носки переброшу в угол другой
всё поменялось я опять молодой

Utrecht

Утрехт город иностранцев и стариков
на каждом заборе написано fuck off
серые мрачные заросшие каналы
по ним плавают утки-каннибалы
толстые женщины снуют от лавки к лавке
я бы накалывал их как бабочек на булавки
собрал бы коллекцию подарил бы музею
толстая женщина она ведь как фея
только крылья как у летучей мыши
и при полёте с одышкой дышит
чтобы забыться я выпил немного грольша
в Утрехт я не поеду больше

%%%

Я в колодцы людские подсыпаю яд
Вечером смотрю пусть говорят

Разрываю матрёшек на две равные части
Возбуждаюсь от матрёшкиного несчастья

Слюной на зеркале рисую смайл
Муха за стеклом неужели май

Говорю с людьми но они лишь тексты
Сорок женихов у моей невесты

Каждый посвящает ей свои вирши
Невеста же думает как там бывший

А бывший на дуде играет читает жнёт
А у бывшего тексты как тёмный мёд

У бывшего борода золото с серебром
Бывший пьёт виски водку бром

А я как бог что пою то и вижу
Красивый богатый чуточку бесстыжий

* * *

люди не любят калек
калеки не любят кошек
внутри у калеки снег
замёл лесные дорожки

и я ухожу в леса
мне тошно среди здоровых
там буду стихи писать
с восьми и до полвторого

с двух до семи наблюдать
как ветки трутся о ветки
в восемь залягу в кровать
свернусь варёной креветкой

буду лежать коченеть
не спать не дышать не плакать
панцирь мой мягок как медь
под панцирем снег и слякоть

,,,

у женщины должен быть красивый голос
такой чтобы услышал и сразу да
такой чтобы неважно какая фигура
какой нос глаза и прочие прелести
такой чтобы аллё в трубке
заставляло тебя вальсировать
в одиночестве в ночном парке
чтобы листья на мокром асфальте
казались мерцающими звёздами
неважно что ты пьян и тебя шатает
звук её голоса — пуховое одеяло
обволакивает делает из тебя кокон
лежишь там превращаешься в бабочку
а в ушах аллё аллё аллё

:::

дерево растёт не по дням а по кругам
в круге первом как правило сердцевина
в круге втором рожает сына
пауза дерево глаголит аз воздам
сын сбегает берёт новое имя Буратино

в круге третьем бурный рост наверх
карьера деньги стройные секретарши
в круге четвёртом дерево становится старше
но у ворон и бéлок имеет успех
качает ветвями под бравурные марши

в круге пятом думает о судьбе
себе боге вступает в секту
свидетелей поклонения древесному объекту
заводит дружбу с резчиком по резьбе
в круге пятом резко меняет вектор

начинает пить бузить свежую поросль трахать
седина в листву бес под кору и в корни
на претензии лесников мат отборный
и всё из-за банального страха

что вот уже на коре морщины
глубиною где-то по пояс белкам
пила на соседнем пне визжит you‘re welcome
дерево всю жизнь старалось быть мужчиной

в кругах седьмом восьмом девятом
просто стоит ветки сухи и ломки
вот-вот упадёт некому постелить соломки
вместо сердца дупло на радость дятлам
от дерева нет никакого толку

  Copyright © 2017 Berlin-Berega.