литературный журнал

Райнер Мария Рильке в переводах Сергея Страхова

Иллюстрация: Мария Ким

Mädchenklage

Девичьи жалобы

Diese Neigung, in den Jahren,
da wir alle Kinder waren,
viel allein zu sein, war mild;
andern ging die Zeit im Streite,
und man hatte seine Seite,
seine Nähe, seine Weite,
einen Weg, ein Tier, ein Bild.

Und ich dachte noch, das Leben
hörte niemals auf zu geben,
daß man sich in sich besinnt.
Bin ich in mir nicht im Größten?
Will mich meines nicht mehr trösten
und verstehen wie als Kind?

Plötzlich bin ich wie verstoßen,
und zu einem Übergroßen
wird mir diese Einsamkeit,
wenn, auf meiner Brüste Hügeln
stehend, mein Gefühl nach Flügeln
oder einem Ende schreit.

В годы детские не очень
Нас манило одиночество
Каждый в спор бесстрашно лез,
Не держался в серединке,
А имел свою тропинку,
И собачку, и картинку,
И друзей, и двор, и лес.

Мне казалось, что навеки
Остаётся в человеке
То, что он хранит в себе.
Отчего же нет, как ране
Утешенья, пониманья
В детской радостной судьбе?

Я отвержена, наверно,
Тяготит меня чрезмерно
Одиночества печать.
Бугорками из-под платья
Чувства молят: крылья дать мне
Иль дыхание отнять…

Ein Frauenschicksal

So wie der König auf der Jagd ein Glas
ergreift, daraus zu trinken, irgendeines, —
und wie hernach der welcher es besaß
es fortstellt und verwahrt als wär es keines:

so hob vielleicht das Schicksal, durstig auch,
bisweilen Eine an den Mund und trank,
die dann ein kleines Leben, viel zu bang
sie zu zerbrechen, abseits vom Gebrauch

hinstellte in die ängstliche Vitrine,
in welcher seine Kostbarkeiten sind
(oder die Dinge, die für kostbar gelten).

Da stand sie fremd wie eine Fortgeliehne
und wurde einfach alt und wurde blind
und war nicht kostbar und war niemals selten.

Женская судьба

Порой в пылу охоты сам король
Потянется за флягой, чтоб напиться,
И, жажду утолив, нехитрую вещицу
Подальше в сумку спрячет, с глаз долой.

Так и тебя судьба порой коснётся
Чтоб выпить, поднеся ко рту, до дна,
И маленькую жизнь твою (она
Ведь так хрупка — а ну как разобьётся…)

Отставит бережливо в шкаф забвенья,
Где серебро и злато прошлых лет
(А также то, что только с виду ценно),

На долгое, тоскливое храненье,
Где стариться ты будешь и тускнеть,
Не став единственной, любимой и нетленной.

  Copyright © 2017 Berlin-Berega.