литературный журнал

Виктор Фишман

Иван Голль: меж странами и языками

Статья опубликована в журнале „Берлин.Берега“ №2/2016


 

29 марта 1891 года в Лотарингии, входившей тогда в состав Германской империи, во франкоязычной семье еврейского торговца одеждой родился Исаак Ланг (Isaac Lang) — один из будущих  основоположников  немецкого  экспрессионизма,  известный любителям лирической поэзии под славянско-романским псевдонимом Иван Голль.

В разных изданиях этот псевдоним пишется по-разному: Yvan Goll, Iwan Goll, Ivan Goll. А о себе самом он говорил: «По судьбе — еврей, по случайности — француз, по бумажке с печатью — немец». На его веку случились обе мировые войны, оказавшие значительное влияние на литературные стили эпохи. И на каждый из этих стилей строй художественных образов Ивана Голля оказал немалое влияние. Из-за удивительной литературной судьбы его имя до сих пор окутано туманом таинственности,  и  лишь  в  последние  годы  в  разных  странах  и  на разных языках начали — после долгого забвения — выходить антологии его произведений. Ведь его творчество, как, пожалуй, никакое другое, объединило культуры Франции и Германии.

В одном из своих стихотворений Иван Голль писал, что его предки жили в еврейской общине под Кёльном. Сам он вырос в еврейской семье, где говорили по-французски (на идиш в Западной Европе евреи, как правило, не говорили), на улице ребёнком он слышал и французский, и немецкий, потом ходил в немецкую гимназию своего родного города Меца, в которой общаться на французском никто не запрещал. Затем Голль учился в Страсбургском университете, где c 1538 вплоть до 1921 года преподавание велось лишь на немецком; жил в немецкоязычной части Швейцарии, затем в Берлине, а после вынужденной эмиграции в США его стихи зазвучали на английском языке (хотя в его творчестве они незначительны и несущественны). Но мы забегаем вперёд.

Тысячи смертей, первые танки и первые газовые атаки Первой мировой потрясли впечатлительного Исаака, о ту пору 23-летнего.  Он  посмеивался  над  немецким  милитаризмом  в шутке, сравнивавшей французов и немцев: «Французский солдат — переодетый гражданин, немецкий гражданский — переодетый солдат». И ему, человеку призывного возраста, надо было принимать решение: сражаться за Францию против страны его предков, либо встать в ряды антифашистов. Он эмигрировал в Швейцарию, где жил сначала в Цюрихе, затем в Лозанне и Асконе.  Выражение  своего  отношения  к  действительности вылилось у него не в реальные картины и события, а в чувственные образы и эмоции. То есть в то, что называют экспрессионизмом.

Знаменитая  поэтическая  антология  «Сумерки  человечества»  (Menschheitsdämmerung),  составленная  Куртом  Пинтусом (Kurt  Pinthus)  и  вышедшая  сразу  же  после  окончания  Первой мировой войны, в 1919 году, считается манифестом литературы немецкого экспрессионизма. Она включает в себя 275 стихотворений 23 поэтов, в том числе семь стихотворений Ивана Голля.

В 1926 году в Харькове под редакцией поэта Григория Петникова  вышел  сборник  «Молодая  Германия»,  представивший  русским  читателям  творчество  немецких  поэтов  «экспрессионистского   десятилетия»   в   переводах   самого   Петникова,  а  также  Фёдора  Сологуба,  Бориса  Пастернака,  Осипа  Мандельштама,  Анатолия  Луначарского.  В  него  вошли и несколько авторов «Сумерек», в том числе Иван Голль. Ленинградский   рецензент   писал:   «Среди   немногочисленных антологий современной западноевропейской лирики, вышедших у нас за последние годы, «Молодая Германия» может занять, несомненно, виднейшее место по своей культурной значимости, по полноте и систематичности материала, наконец, со стороны художественной ценности переводов».

Осенью 1919 года Голль вместе со своей будущей женой Клэр уехал в Париж. В Париже он писал и публиковал стихи, рассказы, статьи, романы. В 1924 году в двуязычном парижском журнале La Revue Rhenane на немецком языке вышло важное для понимания эволюции Голля эссе «Немецкие поэты и война» (Die deutsche Dichter und der Krieg). В этом эссе Голль констатирует конец экспрессионизма как эстетическо-поэтической новизны. Был ли Иван Голль «последним романтиком», как он назвал себя в стихотворении с таким названием, сказать трудно, а вот о своих блужданиях по послевоенной Европе сказано им весьма точно: «Безутешно мечусь по Европе // С мёртвою ласточкою в кармане».

В Париже Иван Голль познакомился с поэтом Андре Бретоном, основоположником сюрреализма, c румынскo-французским  поэтом  еврейского  происхождения  Тристаном  Тцара,  который  считается  основателем  дадаизма,  а  также  Полем Элюаром   и   другими   представителями   дадаистическо-сюрреалистического  направления.  Пример  поэзии  Голля  этого периода — стихотворение «Женщина на бульваре»:

 

С какими блондинистыми богами Зелень лесов она расхищала

И облака подслушивала тоски! Жар угля прожёг её траур: Сердце

Кому его она бросит? Мужчины Подстерегают падкою сворой плоти куски.

(Перевод Алишера Киямова)

 

Отстаивая   свой   личный   взгляд   на   поэзию,   Иван Голль в 1924 году опубликовал свой собственный «Манифест сюрреализма» (Manifest des Surrealismus), в котором отмежевался от идей дадизма. Но дружбу с Бретоном, Тцарой, Элюаром и другими не прервал.

Приёмы,  свойственные  сюрреализму,  в  особенности при описании любовных коллизий, видны ещё в книге Голля «Стихи о жизни и смерти» (1927). Почти тогда же рождаются и знаменитые «Малайские песни о любви» (Malaiische Liebeslieder). Написаны они были по-немецки, но на все европейские языки переводились с французского издания, так как оригинал (1932 год) был утерян — его обнаружили и издали только тридцать пять лет спустя. Стихи написаны от имени юной малайской девушки: в них сочетаются чувственная простота и природная фантазия. А посвящены они его тайной возлюбленной, известной немецкой писательнице и поэту Пауле Людвиг (Paula Ludwig). Тема вечной любви, столь близкая поэту в эти годы, звучит здесь на живописном (хотя и условном) фоне малайских джунглей.

В Париже Голль познакомился и начал близко общаться с Марком Шагалом, Владимиром Маяковским, Эльзой Триоле, Владиславом Ходасевичем. Там же он написал ряд произведений, как по-немецки, так и по-французски: эссе «Улыбка Вольтера» (1921), романы «Микроб золота» (1927), «Долой Европу» (1928), «Содом и Берлин» (1929), «Агнец Божий» (1929), «Стареющий Люцифер» (1934), а также стихотворную эпопею «Челюскин» (1935). В них, как указано в Электронной еврейской энциклопедии, «присутствует тема деградации Европы». (Кстати, в этой статье фамилия Голля пишется с одной «л»; возможно, составители ресурса намекали на русское выражение «голь перекатная»?)

Здесь необходимы пояснения политического свойства. В июне 1935 года в Париже проходил Международный конгресс писателей в защиту культуры. Побывал на нём и Иван Голль. Вот что писал он по этому поводу своей жене 24 июня 1935 года: «Позже я вновь побывал на конгрессе писателей. Здесь действительно сошлись великие из разных стран<…> Целый день речь шла о человеке и человечности<…>, а один немецкий еврей, собрав остатки духа, упрекнул всех в бесполезной болтовне. Естественно, здесь была вся эмиграция, из Германии Генрих и Томас Манны; Бертольт Брехт, Бехер, и Фейхтвангер; французы Андре Мальро и Гассон, Бабель и Пастернак из России. Но к заключительному  концу  не  оказалось  никого,  кто  хотел  бы выступить… Вместо болтовни я пишу Челюскина…».

Трудно не предположить, что спасение пассажиров парохода «Челюскин» из ледяного плена было для поэта противопоставлением уже обнародованным в 1935 году античеловечным нюрнбергским расовым законам 1, о которых на конгрессе политкорректно умалчивали! В выходящем в Москве под редакцией Лиона Фейхтвангера журнале «Слово» (Das Wort) опубликованы несколько песен из кантаты «Челюскин» (февраль 1938 года, стр. 63-68).

Центральное место в творчестве Голля тех лет занимает цикл стихов «Иоанн Безземельный» (Jean sans terre). Имя и судьба легендарного английского короля из династии Плантагенетов послужили Ивану Голлю основой для создания целой серии баллад. Иоанн Безземельный (1167-1216), младший сын Генриха II, получил своё прозвище из-за того, что его отец раздал все свои  земельные  владения  во  Франции  в  домен  старшим  сыновьям ещё до рождения самого Иоанна. Скорее всего, судьба английского короля казалась поэту схожей с собственной. Эти чувства наполняют стихи из «Иоанна Безземельного» буквально с первых строк:

 

В морях без волн устав бродить бесцельно В день без зари на корабле без рей

В порт Иоанн заходит Безземельный И в дом без стен стучит и без дверей

Он на безногой узнает кровати

С беззубым гребнем женский силуэт Рот без лица без шёпота объятья…

И без любви — грошовой страсти бред…

(Перевод Вадима Козовского)

 

«Иоанн  Безземельный»  был  написан  на  французском языке. И с его переводом на немецкий в язык Гёте и Шиллера впервые в таком объёме влилась французская поэтика. Именно в этом немецкие литературоведы видят особый вклад Ивана Голля в немецкую литературу.

С 1936 по 1939 годы «Иоанн Безземельный» был выпущен в трёх книгах и считается сегодня одним из мировых шедевров. Однако цикл создавался в атмосфере гонений и страха, под коричневыми тучами нацистского небосклона. Уже в 1933 году сборники стихов Ивана Голля были запрещены нацистской пропагандой, и, вместе с книгами других писателей и поэтов, пылали в кострах на площадях Берлина, Мюнхена, Дюссельдорфа и других городов. Поэт вместе с женой Клэр вскоре вынужден был бежать за океан.

Будто бы следуя приписываемому Уинстону Черчиллю афоризму «Успех — не окончателен, неудачи — не фатальны, значение имеет лишь решимость продолжать», Иван Голль в годы эмиграции в США продолжил свою издательскую деятельность. В своём эмигрантском журнале Exil («Изгнание»), где он писал лишь по-английски, поэт публично заявлял, что не хочет ни говорить, ни творить на языке Адольфа Гитлера. Из США в Европу Голль вернулся в 1947 году. Вернулся, чтобы здесь умереть — это произошло в 1950 году в Париже.

Но  перед  этим  произошли  несколько  судьбоносных встреч. И одна из них — с Паулем Целаном во французской столице в 1949 году. Ко времени этой встречи Пауль Целан уже около года жил и работал в Париже, и, прекрасно владея рядом языков, прорывался к читателю, в первую очередь своими немецкими  переводами  русских,  английских,  американских  и итальянских стихов. Этот выдающийся лирик послевоенного времени перевёл с французского на немецкий три тома стихов Ивана Голля.

В Париже Иван Голль пробыл недолго: врачи послали его в Эльзас лечить лейкемию. Здесь все медсестры и врачи говорили по-немецки — и поэт вернулся к немецкому языку. Он писал стихи на обрывках бумаги и передавал своей жене. Вот отрывок из воспоминаний Клэр Голль, связанных со знаменитым циклом Ивана Голля «Сон-трава»:

…Лёжа в зале с девятнадцатью другими обречёнными, видя перед собой за окном старинный романский фронтон страсбургской больницы и её маленькую грациозную церковь, больной поэт вдыхал запах той странной травы, того непостижимого таинственного сон-цветка, цветшего когда-то на германской почве его студенческой юности…

Передавая жене написанные на листиках бумаги стихи, он просил: «Обещай мне не публиковать ничего другого, кроме этих стихотворений. Всё, что я до этого написал, должно быть уничтожено». Написанные в Эльзасе, а затем и в американском госпитале в Париже стихи были опубликованы уже после его смерти и стали настоящим событием.

Об этих стихах Ивана Голля поэт и переводчик Вальдемар  Вебер  писал: «Поэт,  которому  через  считаные  месяцы предстояло навсегда шагнуть за черту земной жизни, бросает вызов  максимальным  возможностям  поэтической  речи,  пытается заглянуть в непознаваемое, сказать несказанное. Почти безумная попытка шагнуть за пределы самого слова. Эти книги завершили его путь — путь от экспрессионистского пафоса к монтажному стилю сюрреализма и, в конце концов, к внутренне напряжённым, но внешне сдержанным заклинаниям любви, от опьянения словами к строгости формы, от идеологической и авангардистской ангажированности к артистизму» 2.

За честь считать Ивана Голля своим поэтом борются две страны — Франция и Германия. Судьба распорядилась так, что одна часть архива Голля находится во Франции, в Меце, а другая — в Германии, в литературном архиве города Марбаха (Deutsches Literaturarchiv Marbach) и в фондах литературного музея этого же города (Literaturmuseum der Moderne). И уже одно это говорит о признании его исключительного таланта обеими странами.

В «Бременской речи» Пауля Целана от 1958 года есть такие слова: «Ведь стихотворение<…> может стать бутылочной почтой, отправленной в надежде — зачастую, конечно, слабой, — что запечатанную бутылку с посланием где-нибудь когда-нибудь прибьёт к берегу. Возможно, то будет берег сердца. Стихи и с этой точки зрения находятся в пути. Они куда-то плывут…»

Давайте надеяться, что стихи Ивана Голля приплывут и к «берегу сердца» русскоязычных читателей.

____________________________________________

1  Инициированные Гитлером «Закон о гражданстве Рейха» и «Закон об охране немецкой крови и немецкой чести» первую очередь были направлены против евреев, они были приняты в 1935 году на съезде Национал-социалистической немецкой рабочей партии.
2 «Иностранная литература», № 9/2011. Иван Голль, Стихи. Вступление Клэр Голль. Перевод с немецкого и послесловие Вальдемара Вебера

© 2015-2019 "Берлин.Берега". Все права защищены. Никакая часть электронной версии текстов не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети интернет для частного и публичного использования без разрешения владельца авторских прав.

Durch die weitere Nutzung der Seite stimmst du der Verwendung von Cookies zu. Weitere Informationen

Die Cookie-Einstellungen auf dieser Website sind auf "Cookies zulassen" eingestellt, um das beste Surferlebnis zu ermöglichen. Wenn du diese Website ohne Änderung der Cookie-Einstellungen verwendest oder auf "Akzeptieren" klickst, erklärst du sich damit einverstanden.

Schließen