литературный журнал

Анжелина Полонская

Подборка опубликована в журнале „Берлин.Берега“ №1/2017

Чернее белого

Неужели всё это зря,
и траур снега встречает тебя снова и снова —
нет цвета чернее белого.

Ты ставишь свои чемоданы,
ты видишь в крови собаку
и думаешь «я дома».

Только мама стоит в дверях и целует
в волосы, в тонкую кромку лба,
промахиваясь и скользя, —
маленькая, словно девочка.

А снег всё сыплет, будто не замечая вас,
но кто-то смотрит в оконные щели,
кто-то смотрит в оконные щели,
пристально и безмолвно.

И с каждым таким возвращением
«неужели всё было напрасно», —
уже не горит — еле теплится.

Траур свежего снега.
Как он к лицу стране,
в которую ты сошла по трапу.

 

Фотоальбомы

Бесспорно, первое, что следует предать анафеме —
фотоальбомы: и девочку с мячом, и маму.
Скамейку, куст сирень сложить в костёр у дома.
И объявить, что солнце вне закона.
Позвать воров — пусть вынесут железные кровати,
где спали мы так долго и так прямо.
Затем срубить рябину у забора,
чтобы под ней не закопать собаку.
О пустоте нет повода заплакать.
И не имея прошлого в карманах,
жить, как трава, не спрашивая: кто ты.
Течь, как вода, не искушая память.

 

Времена года

Иногда мне кажется, что сливы в цвету.
Иногда — что зло непобедимо.
Что тень собаки лежит на снегу.

Я знаю, как все тополя одинаково женского рода,
когда их на спины кладут.

Что голос (за мной повторяй) единственный
невыносимее хора любого.
— Невыносимее хора.

Я помню, что в сад мне глядеться нельзя.
Что мы попрощаемся рано (молчи) или поздно.
Что тот и несчастней, кто не отпустил от себя.

Яблоки
Серые ветви, удары глухие.
Это яблоки падают в конце ноября, и мы
подбираем их замороженными руками.

Мне показалось?

Или же ты, не отрывая глаз от земли,
что-то сказала?

Вроде бы так: «зло побеждает».
Тихо сказала.
Будто за нами тайга. Будто мы камни в подол собираем.

 

Звезда

Стихи не помогли.
Звезду на китобойном судне вспороли рыбаки.
И я стою как мальчик за оградой,
как выглядит любовь, чем пахнет,
я на неё смотрю.

Так чем же пахнет стыд и ересь эта?
Его (мои) глаза от ужаса слезятся.
Столь много видели они.

Дождь молод и ему не страшно падать,
с немецкой речью он навеки связан,
не знаю как, не знаю почему.

Моя звезда,
ты истекаешь светом в пол дощатый,
и судорожно дёргаешь лучи.

 

Поезд на Альпы

Усталость. Поезд на Альпы.
Немецкая речь.
Где мы? Что делаем здесь?
Впервые мой поезд без места.

Подняв воротник у пальто,
в неведомой дрёме
роняя висок,
я плоть протыкаю.
За что? За какие идеи?
И кто мне оружие подбросил?
Как пишется «не»,
отдельно ли слитно с глаголом?
Мой синтаксис рвётся.

Кондуктор штампует билет
и шепчет
Der Krieg. Вы вечно, славяне,
артикль неверный берёте.

Я вижу закат —
предел равнодушья.
Столбы и столбы верстовые.
И я успеваю подумать,
как просто
уметь убивать.

© 2015-2019 "Берлин.Берега". Все права защищены. Никакая часть электронной версии текстов не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети интернет для частного и публичного использования без разрешения владельца авторских прав.

Durch die weitere Nutzung der Seite stimmst du der Verwendung von Cookies zu. Weitere Informationen

Die Cookie-Einstellungen auf dieser Website sind auf "Cookies zulassen" eingestellt, um das beste Surferlebnis zu ermöglichen. Wenn du diese Website ohne Änderung der Cookie-Einstellungen verwendest oder auf "Akzeptieren" klickst, erklärst du sich damit einverstanden.

Schließen